Рики Макарони и Старая Гвардия - Страница 83

— Согласен, — первым поддержал профессор Снейп.

«Вечно он старается, чтоб мне жизнь медом не казалась», — отчего‑то недовольно нахмурился Рики.

Ввиду отсутствия других предложений, директора поддержали все. Мелани выглядела очень довольной, и за дверью недоумевающий Рики спросил ее:

— Зачем тебе это понадобилось?

— А чтобы ты знал! – задрала нос Мелани.

Глава 12. Трудности жестокой трансфигурации.

Если бы Рики был суеверным, как бабушка Мичелина, он вопрошал бы, чем Мелани Хатингтон так обрадовала Бога. Ее воскресное пожелание, чтобы он знал, что в жизни не все так просто, преследовало его неделю. Снейп поставил многим «допустимо», но замечание сделал именно ему. Рики забыл написать сочинение для прорицаний, и она не успела его спросить; но, слушая весь урок творения других учеников, а также спор Трелони с ними, он едва не уснул, и потом весь день болела голова. Хагрид заставил сортировать перья гиппогрифов, и этим очень разозлил Дору; все бы ничего, но она сообщила Лео о своем намерении без разрешения проникнуть в загон и полетать на птичке. Выяснение отношений о долге старост переросло в ссору, причем Рики, оказавшийся рядом, периодически выступал в ней арбитром.

Урок защиты от темных сил многие ждали с нетерпением. Но, прежде чем перейти к обещанной практике, профессор Лавгуд высказала пару соображений.

— Одно из наиболее, на мой взгляд, глубоких заблуждений заключается в том, что борьба с темными силами сводится к искусству дуэлей, — сказала она.

— А разве это не так? – удивилась Дора.

— Крайне редко можно встретить темного мага, который сражается по правилам, — покачала головой профессор Лавгуд. – Обычно они стараются напасть без предупреждения. Но и в открытом бою. Применяют нечестные приемы, если это возможно. Вы учили дуэльный кодекс? – обратилась она к классу.

— Учили, — ответила за всех Дора, в то время как по выражению лица Тиффани можно было без труда прочесть обратное. – Вы хотите сказать, это бесполезная трата времени?!

— Нет, отчего же? Мы будем сражаться по правилам… некоторое время. Сначала нужно овладеть основами. Думаю, будет очень хорошо, если сейчас вы подеретесь, — сказала Луна.

Слышать такое заявление от учителя было как‑то необычно. Слизеринцы начали переглядываться.

— Начнем с самого простого. Разбейтесь на пары через одного.

— А что не простое в Вашем понимании, мэм? – рискнула высунуться Тиффани. Впервые на памяти Рики, она проявляла инициативу на уроке.

— Когда вокруг тебя на открытом месте толпа вооруженных и абсолютно беспринципных противников, и ты можешь противопоставить им только свою палочку, мозги и удачу, — ответила профессор Лавгуд. – Впрочем, когда за тобой гоняются в темноте, а ты не знаешь расположения комнат – тоже не очень комфортно.

— И мы все это будем делать?! – радостное волнение Доры вызывало на нее косые взгляды других девчонок.

— Будете, — не моргнув глазом, пообещала профессор Лавгуд. – Разбейтесь на пары, быстрее.

Ученики начали оглядываться в поисках партнера по ожидаемой дуэли. Рики спокойно остался рядом с Лео, хотя его посетила мудрая мысль, что лучше не испытывать дружбу подобным образом. В прошлом году, когда защиту преподавал дядя Гарри, ему не понравилось, как лучший ученик параллели применил на нем уходральное заклинание.

— Нет, в этот раз я с Нотт в паре не встану, — категорично заявил Эйвери.

Вероятно, он планировал в напарники Билла, но тот оказался далеко и уже был захвачен Тиффани. С Дорой же, по общему мнению, иметь дело было небезопасно, и к тому же ее отношения с Френком портились с каждым годом – отчасти из‑за его нетерпения к ее всеядным контактам, отчасти как раз потому, что именно ей обычно приходилось выполнять с ним задания в парах.

— Не возражаю, — ответила Дора. – Один Мерлин знает, как ты мне надоел.

— Тогда прошу, Ричард, — и профессор Лавгуд, в полном соответствии с законом подлости, предложила ему занять место рядом с Френком.

— Еще не легче, — вздохнул неприятель.

Но профессор, наверное, выработала свойство не слышать того, чего не хочется.

— Вы готовы устроить демонстративную дуэль? – спросила она.

Френк одарил его одним из тех взглядов, от которых кровь Рики, недостаточно, по мнению Эйвери, чистая, неизменно закипала. Неприязнь, установившаяся между ними с первого курса, поднялась на поверхность, хотя минуту назад оба были вполне спокойны.

— С радостью, — произнес Рики.

Френк не спешил ему возражать, так что Рики даже заволновался, не слишком ли часто они стали соглашаться. Учительница указала на свободное пространство между стеной и столом, где и раньше, при Люпине, проходили практические занятия. Рики встал напротив противника, следя за каждым движением Эйвери. Они выхватили палочки и резко дернули головами, что должно было означать поклон.

— Вижу, вы знакомы с дуэльным кодексом, — похвалила профессор Лавгуд. – А от вас, — обратилась она к зрителям, — может потребоваться применение отражающих чар, так что будьте бдительны.

«Если она так хорошо понимает, чем чревата наша с Френком дуэль, то почему допускает ее?» — невольно удивился Рики. Любой другой учитель, конечно, держал бы их подальше друг от друга.

— Начнете с заклинаний попроще. На счет «три», — сказала тетушка Луна. – Раз…

— Таранталлегра!

— Риктусемпра!

Выкрики раздались почти одновременно. Рики считал, ему повезло, что Эйвери выбрал чуть более длинное в произношении заклинание. Уворачивались они при этом не колдовским способом, как будто вернулись на первый курс.